Глава 4. Первоклассница

Книги

предыдущая глава Стыд не дым, глаза не выест

Через пару месяцев на свет народился ещё один Гусев, мальчишку назвали Дмитрием. Бабка с дедом привезли новорожденного накануне первого сентября и поставили его кроватку в комнату Поленьки.

— Это твой братик, Митька, — сказала Валентина, сунув под нос Поленьке сверток с краснокожим младенцем.

— Это и есть твоё счастье? — разглядывала Поля сопящую рожицу братика с одновременным интересом и отвращением.

— Счастье? Некоторым достаётся только хвост от птицы счастья. Нет, видно, мне, грешной, счастья не положено.

Жизнь в доме Гусевых кардинально изменилась, Поленьку приставили нянькой к маленькому братику. Она спасалась от вечно ноющего Митьки и маминых наставлений в школе, куда девочку определили в первый класс.

Школа стала для Поленьки островом свободы от бабки Лизы. Первым делом Поленька, выскочив в подъезд, стягивала с головы ненавистный платок и запихивала его подальше в портфель. По сравнению с домашним укладом школьное расписание предоставляло первокласснице полную свободу. Уроки пения, рисования и труда влекли маленькую Полину в школу. Она срисовывала открытки, картинки из книг, плакаты, картины и пейзажи. Малевать человеческие лики ей запрещала бабка, с её точки зрения, это считалось грехом.

Учительница Анна Васильевна была добрейшей души человеком, и на фоне бабки казалась Поле добрым ангелом, сошедшим с небес. Анна Васильевна заливалась ярким румянцем каждый раз, когда приходилось одёргивать или наказывать своих малышей. Училась Полина хорошо. Запоминание на слух молитв натренировало ее ум и отточило память почти до совершенства. После методических упражнений на старославянском щелкала четверостишия, и даже целые стихотворения, как семечки. К концу первого класса уже бегло читала и писала, выводя отменным почерком буквы и слова.

Но статус школьницы не освободил Полину от бабкиного ига, по выходным дням Лизавета по-прежнему таскала с собой внучку в церковь. Полина не могла взять в толк, почему она должна постоянно ходить в церковь. Ей больше всего на свете хотелось играть в куклы и бегать во дворе. Первоклассница всей душой сопротивлялась бабушкиной воле, перепробовала все средства: и слезы, и истерики, и обмороки. Старуху не сбили с пути никакие ухищрения маленькой бестии, как она называла внучку, она упорно водила её в церковь и приобщала к вере. Секрет Елизаветы Захаровны был прост: она относилась к Поленьке как к взрослому человеку, как к ровне, не делая снисхождения на нежный возраст и детский ум. Поленька поняла, что сопротивление бесполезно и сдалась на волю бабушке. Иногда ей всё же удавалось улизнуть к подруге или как-нибудь оттянуть время, чтобы не ходить на службу.

— Бабушка, можно я пойду к Люсе?

— Что дома не сидится-не можется?! Прямо исчесалась вся от нетерпения, все бы по гостям шастать, лучше бы молитву лишний раз почитала. Иди, стрекоза, да не забывай осенять крестом всё, с чем соприкасаешься, поди, не в Божий храм идешь, — разразилась бабка длинной тирадой.

— А почему Люся не ходит в церковь, как я?

— Они безбожники, не попадут в Царствие Небесное, будут гореть в аду.

Поленька верила каждому слову бабушки, жалела Люсю, которая не сможет играть с ней в тех воздушных беседках и наслаждаться пением райских птиц. Полина не знала другой жизни — без молитв и проповедей, коленопреклонения, постов и ограничений, но, попадая домой к единственной подружке, видела своими глазами, как Люсины родители-безбожники окружают своё чадо любовью и заботой. Полина не знала любви и ласки, мама постоянно возилась с младенцем, отец завёл другую семью, бабушка была неприступная и колючая.

Редкими вечерами дедушка читал вслух сказки Поленьке. Ему нравились истории с хорошим концом. Он перечитывал по нескольку раз Поленьке сказки о сапогах-скороходах, о невидимке, но самой любимой сказкой у них была «Волшебная лампа Аладдина». Поленька, оставаясь одна, мечтала о том, как она найдёт волшебную лампу, как перед ней явится джинн, и будет исполнять все её желания. Мысли перескакивали с одного на другое желание. Она не могла определиться, чего же хочет больше: то ей хотелось стать невидимкой и проникнуть сквозь стены, то пуститься по миру в волшебных скороходах.

Источник

Оцените статью
Саморазвитие IQ
Добавить комментарий